гостевая книга, сюжет, правила, список персонажей, занятость, занятые внешности, шаблон анкеты, акции
- С ума сошел, что ли? – от такого нелепого предположения Алиса едва не подавилась кусочком шоколада. Не сказать, чтобы она ела все, что не приколочено. Но вкусно поесть любила. Многие ее однокурсницы периодически (и к выпускному курсу эти периоды учащались) садились на разномастные диеты и худели-худели-худели. Фоули же не занималась этим никогда. К счастью, на фигуре подобное не сказывалось… Читать дальше

Добро пожаловать! В игре июнь, 1979 год

Возможно, глядя на ирландских волшебников и артефакты, возник вопрос: где мои любимые войны Пожирателей смерти с Орденом феникса? Они, конечно же, есть, это важная часть истории 1979 года, но не стоит забывать, что остальное население было занято своими делами. Например, одним из главных событий стало переизбрание Министра магии, так как Минчум был признан не справляющимся со своими обязанностями. Параллельно стало нарастать возмущение ирландских волшебников, потребности которых слишком долго игнорировали. А вот откуда взялась проблема с артефактами все еще покрыто тайной.

Marauders: Lion and Harp

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Marauders: Lion and Harp » Рокировка » My Drama Queen


My Drama Queen

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://sa.uploads.ru/kRvqj.gifhttp://s8.uploads.ru/OWK4o.gifhttp://s5.uploads.ru/DWuPe.gif

действующие лица:
Algie O'Dwyer, Dorian Pyrites, Raelyn Fortescue
ваше местонахождение:
Мунго, отделение недугов от заклятий

время в игре:
Июль 1977 года
пару слов о сюжете:
Ворвавшийся в священные чертоги Пиритс размахивает кулаками и сыплет обвинениями и проклятиями в сторону (не)любовника своей (не)девушки. Ну, неадекватный пациент, ничего необычного.

Отредактировано Raelyn Fortescue (2018-02-07 21:59:31)

+2

2

Жизнь ползет как змея в траве
Пока мы водим хоровод у фонтана
Сейчас ты в дамках
Но что ты запляшешь
Когда из-за гор
Начнет дуть трамонтана

За полных сорок лет моей прекрасной жизни я успел понять, что я не люблю перемены. От слова совсем. Более того, я не был инициатором практически ни одной перемены в моей жизни. Метлу я выбрал такую, на которой летала мама, в школе нашёл друзей и решился на “подвиги”, так как иначе не могла реализоваться моя широкая натура, работу в Мунго выбрал по страсти, а не по интересам… Да я даже ушёл из Мунго по какому-то забавному стечению обстоятельств. Кто знает, если бы не тот любопытный случай с одинокой особой, может, я до сих пор и работал бы в Мунго. Стал бы главой отделения… В принципе, даже нынешнюю работу я получил из-за Генри. Да и этот зверёк не был моим личным выбором. И, знаете, эта тенденция мне действительно нравилась. Мне не пришлось делать ничего, чтобы избавить себя от ужаснейшей помолвки. Эйлин сама лишила себя замечательного мужа, меня. В общем, практика показывала, что все в этой жизни я могу получить просто так. Не напрягаясь и даже не задумываясь об этом. Я все равно буду удовлетворен.
Немного наскучила работа? Вот тебе сильный лидер. Он направит, поможет и все будут счастливы. Стало скучно жить и работать? Вспомни старые времена! Вот тебе привет из прошлого!
Я встретил её в Мунго, пару месяцев назад. Она была обаятельна и пахла домашним уютом, яблочной шарлоткой и чем-то таким родным. Вообще-то я представить не мог, что она так выросла, неужели прошло столько времени? Рядом со мной стояла красивая взрослая женщина, а не та маленькая девочка, у которой не хватало нескольких зубов. И тогда я решил, что я хочу вспомнить те времена. Мы встретились, затем еще раз встретились и наши дружеские свидания перешли в традицию. Она рассказывала мне о своей работе, о том, чем она привыкла заниматься, как она училась и почему выбрала медицину, я слушал и наслаждался прекрасным вкусом яблочной шарлотки. Даже Генри ее вспомнил и взял в привычку спать на ее коленях. Меня полностью устраивали наши отношения. Я оставался свободным холостяком, но вдруг почувствовал себя нужным. Прекрасное чувство. В общем, вполне естественно, что я решил ничего не менять в этой ситуации, ничего не предпринимать, хотя иногда я и ловил себя на странной мысли, что меня влечет к этой женщине, но все же мне не хотелось жертвовать своей размеренной и обычной жизни ради смутного влечения, которое я вполне успешно подавлял себе, когда переключался на свое хобби.
В таком темпе прошло целых два месяца. Мы оба были абсолютно и безоговорочно счастлива, пока она все не испортила. Она перестала меня приглашать к себе, перестала отвечать на мои письма. Сначала я подумал, что она заболела или что-то вроде того, но потом до меня дошли смутные слухи, что дочь Флориана Фортескью наконец-то немного отвлеклась от работы и начала встречаться с каким-то волшебником. Мой подчиненный видел их в кафе буквально накануне. Магическое сообщество было довольно тесным и многие волшебники прекрасно знали детей своих коллег в лицо и были в курсе их личной жизни, особенно если эта самая личная жизнь не очень скрывалась.
Если честно, мне это не очень понравилось. Я не мог точно сказать, почему. Но мне было гораздо комфортнее поддерживать с ней дружеские отношения, когда она ни с кем не состояла ни в каких отношениях. А подобные действия казались мне, скорее, какими-то неправильными. Поэтому я принял взвешенное и адекватное решение - надо прийти к ней на работу и спокойно выведать, какие именно отношения связывают ее с этим неизвестным магом и чем ей не нравились наши яблочные ужины.
Как любой спокойный человек, я бросил все свои дела на работе, оставил за главного какого-то надежного сотрудника, имени которого я не помню, и аппарировал в Мунго. Через несколько секунд тошнотворных мучений и давления, моя обаятельная личность возникла в переулке рядом с больницей. Я прошел мимо витрины со старыми манекенами, вошел в больницу и направился прямиком к очаровательной волшебнице по имени Эдрианна, я прекрасно знал ее, мне вообще везло на ее смены.
- Эдри, милая. доброго дня, - очаровательно улыбнулся я и по своему обычаю положил на стойку регистратуры шоколадную лягушку, подталкивая ее в сторону ведьмы. - Я сегодня не совсем по обычному делу, но ты сможешь мне помочь. Не подскажешь мне, Рэйлин Фортескью сегодня работает? Я бы хотел с ней встретиться.
- Ох, мистер Пиритс, здравствуйте, - пухленькая ведьмочка расплылась в благодарной улыбке и взяла излюбленное лакомство, - Вам всегда открыты двери! Мисс Рэйлин сейчас на работе, да, Вам нужен пятый этаж, но, - ведьма немного замялась и чуть побледнела. - Она сейчас тесно связана с мистером О’Двайером… Пожалуй, вам проще сначала найти его и спросить, может ли мисс Фортескью уделить Вам время.. Вы его узнаете.. Он.. Он ходит по отделению без мантии.
Мне показалось, что она что-то не договаривает, но мне вполне хватило информации о том, что Рэйлин тесно связана с этим самым доктором. Что ж, я был готов спокойно разобраться в их связи. Так что я бегом поднялся по лестнице на пятый этаж и ворвался в отделение. По нему сновали волшебники в лимонных мантиях, но Рэйлин среди них, кажется, не было, так что я решил следовать плану “О”. Я успел задать вежливый вопрос: “Этотысукаодвайер?!!!” - двум или трем пациентам, прежде чем ко мне стали подходить целители и говорить что-то о том, что я, наверное, новенький и сбежал от стажера. Потребовалось еще минут пять, чтобы я смог доказать свою непричастность к любым недугам. Благо, удостоверение сотрудника министерства магии пришло мне не помощь. А стоило мне сообщить, что я ищу некоего лекаря, который ходит без волшебной мантии, все зеваки быстро рассосались.
- Ах…. Так это к Элджи.. Да-да. Вам нужна вооон та дверь, - сообщил молодой волшебник и поспешил удалиться.
Ну что ж, этой информации было вполне достаточно. Я даже успел немного подкорректировать характер своего поведения. В этом отделении, пожалуй, не следовало кричать на незнакомцев без особого предупреждения. Я подошел к нужной двери, прочитал табличку и вошел, разумеется, без стука.
- Целитель Элджернон О’Двайер? - наконец, решил поинтересоваться я. - Мне сказали, что Вы можете мне помочь найти мисс Рэйлин Фортескью. Мне надо поговорить с ней по личному вопросу. Прямо сейчас.
Представляться было лишним. Я считал, что имею полное право на общение с ней, даже если она сейчас варит очень важное зелье. И этот мужик должен был позволить мне с ней встретиться. Прямо сейчас.

+3

3

Говорят, что жизнь после развода начинает играть новыми красками, и это истинная правда. Вы перестаете проверять свой ужин на яды, а свою любимую квиддичную биту с гравировкой «kiss me, I’m Irish» - на Оживляющие Чары. Вы перестаете приходить домой как на усеянное трупами поле битвы, чтобы из последних сил подползти и вгрызться противнику в те места, которые еще не были обглоданы до кости. Над крышей вашего дома не бушует гроза, а светит солнце, и вы впервые за пять лет берете отпуск - правда, не для того, чтобы позагорать, а потому что процент огневиски в вашем организме настолько велик, что привет-ведьма в приемной пожаловалась, что ваше дыхание оставило на ней ожог второй степени (недотрога).
Конечно, и без этого ценного замечания было ясно, что недужно-проклятые больные – запою не друзья. Медея много чего сложила в дамскую сумочку, обнося семейное гнездо и ячейку в Грингроттсе перед своим отбытием к лягушатникам, но высосать пикирующим злыднем мой мозг она, к счастью, не успела. То, что я временно не мог взирать на свою жизнь без допинга, слегка притупляющего отвращение, не должно было сказываться на работе и пациентах. Поэтому я взял целый месяц «семейных обстоятельств», который провел так, как и полагается проводить подобные месяцы: под барной стойкой. Смутно припоминаю, что в это время я по какой-то неведомой причине посетил свадьбу братца Фрэнка, привнеся туда необходимую долю реализма, а также пару корректировок в лица особенно сволочных родственников. Тетушка Августа вышвырнула меня вон с таким возмущением, как будто свадебные скандалы не были традицией, за которую наша семья держалась как за национальную гордость наравне с друидическим происхождением.
Хвала королеве Маб, в «Белой виверне» в Лютном переулке собирались такие отборные мрази, что для драки даже не нужно было изобретать повод.
Поводом вернуться к барашкам и козликам в больницу стали три сломанных ребра и плохо парированная сектусемпра. Поскольку и то, и другое досталось мне, на рабочее место меня доставили на носилках, и в моих же интересах было прийти в сознание и вернуться к целительской практике сей же час, пока лечить несвертываемость крови темномагического происхождения не прислали двадцать третьего Сметвика из той орды, которую Сметвики постарше продолжают пристраивать в Мунго в тщетной надежде, что хотя бы каждый десятый исполнит заветы предков и станет приличным колдомедиком.
Наверное, эти десятые обретались где-то на первых этажах, потому что лично мне всегда доставались только вторые, седьмые и девятые. Но не суть. Главное, что я вовремя сумел отправить Сметвика терзать менее полезных для общества пациентов, вызвал к себе Индиану Фортескью с ее бадьяновой настойкой, и спустя сутки восстановления и детоксикации вышел на смену, не тратя времени на заходы домой.
Катастрофическая страница семейных отношений на этом была официально перевернута, вырвана и сожжена, как все те свитки, что слишком опасны для неокрепших умов, а потому подлежат уничтожению во имя мира во всем мире. Ну а жизнь вошла в свое привычное русло и потекла в нем широко и вольготно. Ведь не отношения вовсе составляли его основу – они только пытались отвоевать себе место и превратить это место в побоище.
Промозглые месяцы весеннего обострения пошли своим чередом. Постоянный клиент пятого этажа мистер Сайлас, без пяти минут сквиб, купил очередную книжонку из серии «как стать Альбусом Дамблдором за три занятия» и превратил свою жену в яка. Неразлучники-рейвенкловцы из Вирусов возомнили, что изобрели панацею от всех магических болезней, и расхаживали по коридорам, сияя как серебряные чайники до тех пор, пока я не ткнул их носом в их ошибку размером с британские острова. Мы с Фортескью едва не утонули в жуках, которых роями извергал изо рта одержимый египтолог; словом, будни Мунго не способствовали рефлексии.
Фортескью была немного получше, чем остальные. В ней присутствовала необходимая толика хладнокровного научного бездушия, у нее был порядок с нервами и идеями, она легко и с удовольствием щебетала со сморчками и невротиками, а главное, она уже почти совсем выросла из пеленок и могла послать меня, если меня начинало чересчур круто заносить на поворотах. Это было ценное качество для женщины, но ей я, конечно, ни о чем таком не говорил. Зачем, планка еще снизится. Вот проорать ей через весь коридор, что ее бедра поднимут и зааваженных, и поэтому почему бы ей не зайти в палату Фламеля к тяжелым – это да, это вполне можно было себе позволить.
Неоспоримым достоинством Индианы (второе имя Фортескью нравилось мне больше, чем первое) было то, что она никогда не пыталась грузить меня жалобами на своих ухажеров. Неоспоримым недостатком - то, что какой-то запоздало не по сезону обострившийся английский джентльмен решил, будто имеет кармические разрешение вламываться без стука в палату, где идет процедура, и, больше того, будто целитель Элджернон О'Двайер в своей епархии что-то там ему должен.
- Не переживайте, миссис Фоули, - не глядя на обостренца, утешил я старушку, с которой сводил пакостный сглаз, превращающий внутренние органы в одну сплошную гематому. - Я накажу всех и каждого, кому предполагалось следить, чтобы сюда входили только ваши поклонники. Думаю пригнать всех этих дармоедов сюда и поставить их петь вам серенаду, что скажете?.. Что касается целителя Фортескью, мистер, то прямо сейчас она занимается ну вроде как спасением жизней. И в том случае, если ее брат переел шоколада, и в том случае, если вы изнемогаете от любви, я не вижу критической опасности летального исхода в ближайший час, поэтому возьмите-ка свои замашки под мышку, закройте за собой дверь и спросите у людей в приемной, кто последний в живой очереди.

+3

4

Никогда не любила размеренную жизнь. Рутина подобна болоту - такая вязкая, мутная, неприятная до ужаса. Да и скучно это. В жизни постоянно должно происходить что-то новое - то ли сам привносишь новизну, то ли обстоятельства, да и всякие мелочи играют свою роль. Конечно, это, прежде всего, вопрос отношения, и если бы я была более внимательным человеком, я бы, наверное, больше внимания уделяла мелочам, которые люди обычно не замечают, но - нет, не про меня это. Поэтому мои изменения в жизни, как правило, довольно заметные. Хотя не могу сказать, что очень частые, к тому же работа у меня такая, что сюрпризы преподносит ежедневно. И в том числе за это я ее люблю.
Один сюрприз, правда, грозил раскачать Землю и перевернуть ее. Несмотря на то, что я считаю себя человеком, который от любых изменений получает импульс к очередному полету, явление господина Пиритса в Мунго - снова в мою обитель! - вызвало шок. Хотя...потом все равно дало импульс. Но сначала был шок.
Я даже не помню, что мне говорили, что я отвечала. Но судя по всему, я не выглядела полной дурой, иначе бы не было дальнейшего поворота событий. Отойдя от шока, я даже успела поймать его перед выходом - впрочем, разговор был коротким и довольно нелепым, но вроде я уже смогла мило улыбаться и получить еще после этого комментарий от привет-ведьмы. Которая, оказывается, его знала.
Для меня было приятной неожиданностью получить его письмо. Вечером. Так что моей бессонницей в ту ночь я была обязана ему - зато на следующий день я была бодра и полна энергии. Видимо, даже чересчур, потому что Элджи это даже раздражало. Но к его счастью, постепенно этот подъем сошел на нет, даже несмотря на то, что у нас начались встречи с мистером Пиритсом. Он приходил ко мне домой, и я с удовольствием проводила с ним вечера. Я ждала каждого его визита - наверное, эти переживания как раз и отнимали у меня силы. Мне нравилось это томительное ожидание лишь первые разы, когда всё было так ново, так необычно, и он...как вам сказать...он был внимателен, вежлив, невероятно привлекателен, и всё это так изящно накладывалось на образы из прошлого и из моих собственных фантазий, что, конечно, чувства вскружили мне голову. Я была уверена, что он ощущает это - по крайней мере, мне казалось, что эти флюиды должны были так его окружать, что не заметить их присутствие было невозможно.
Но он не делал шагов навстречу. Он продолжал приходить ко мне и с удовольствием (я надеялась на это) меня слушать, а я отвлекала себя собственными же рассказами, пытаясь погрузиться в собственные мысли и воспоминания, а не в чувства, которые, видимо, не находили отклика. А еще меня очень успокаивал Генри, временами засыпающий у меня на коленях, и иногда Дориан даже задерживался дольше обычного, не желая будить своего питомца. Кстати, я не называю его по имени. И даже в мыслях он для меня остается мистером Пиритсом.
Однажды я попробовала пересечь черту. Я очень волновалась и, наверное, жутко краснела, прежде чем поцеловать его на прощание. Но вместо того, чтобы хотя бы ответить мне тем же, он поцеловал меня в лоб. Дверь за ним закрылась, а я так и осталась стоять еще минуты две, пытаясь побороть глубокое разочарование. Нет, я вообще-то не являюсь сторонником этих строгих правил о том, что первый шаг должен всегда делать мужчина. Чушь это. Но взять и вот так показать мне, что он до сих пор относится ко мне как к маленькой девочке?!
То есть я все эти два месяца - подумать только! - старалась произвести на него впечатление, а он даже ничего ко мне и не чувствовал. Мерлин, я так заблуждалась, поверить не могу.
Но навязываться не в моих правилах. Зачем тогда притворяться, что эти встречи могут к чему-то привести? И вообще...зачем ему самому были нужны эти встречи? А может, не очень-то и нужны.
Я потеряла какое-либо понимание ситуации. Всё казалось теперь таким нелепым, странным, что проще было просто перелистнуть эту страницу и отвлечься на что-то другое. Например, на работу, которой я в тот период стала посвящать меньше времени - то есть стала уходить вовремя. Теперь же я снова задерживалась, как можно дольше, тем более Элджи, наконец, вернулся в строй - нашими общими усилиями, надо сказать. Без него, кстати, было скучно. Несмотря на всю вредность своего характера, он всегда так меня бодрит, что энтузиазм лишь повышается. Некоторые старались обходить его стороной и не попадаться под горячую руку, но мне было вполне комфортно, тем более что постепенно мы сработались. А терки были просто неотъемлемой стороной рабочего процесса, без которых ни одно дело не пошло бы продуктивно.
Мистер Пиритс присылал мне письма. Меня это удивляло, но я просматривала их по диагонали, убеждаясь, что с ним ничего не случилось, и сжигала. Мое твердое намерение жить своей жизнью и перестать быть озабоченной этим человеком, которому я была, на самом деле, безразлична (а письма перестали что-либо значить), не должно было поколебать ничто. В выходные я стала встречаться с разными знакомыми, пару раз задержались с Элджи после трудных рабочих дней (а вот его я называла по имени всегда, кроме моментов, когда он меня выводил из себя, в остальное же время обратиться по имени было быстрее).
Не могу сказать, что вернуться к жизни до мистера Пиритса было очень легко. Но реально. Наверное, если бы не то, как он меня невольно от себя оттолкнул, я бы даже не смогла взять и перестать с ним общаться, потому что магнит из него был мощный.
Иногда я даже начинала писать ответ на письма, но вовремя себя одергивала. Забывать так забывать.
***
Сегодняшний день весь проходил в какой-то суете. Поток пациентов казался нескончаемым, и это в добавление к стационарным больным, которых нужно было навещать и проверять. Мы с Элджи разрывались, а об обеде даже речи не шло.
Но мне удалось сделать себе перерыв в пять минут, чтобы быстро сбегать в буфет за кофе, взяв его в двух экземплярах, дабы целитель О’Двайер пребывал не в самом паршивом расположении духа после стольких пациентов.
Дверь в палату, где он сейчас должен был проводить прием, была приоткрыта, но в спешке я не придала этому значения.
Два кратких стука, и я толкнула дверь, сопровождая это фразой с порога.
- Элджи, я взяла тебе кофе, чтобы ты ненароком никого не убил...
И только после этого я увидела, что помимо него и пострадавшей в палате был еще один человек.
В голове крутился только один вопрос: “какого соплохвоста?!”.
То есть...какого соплохвоста он в Мунго? В палате Элджи? Посреди рабочего дня? И посреди процедуры?
Даже странно, что его до сих пор не выставили за дверь, хотя это сделать не так-то просто.

+3

5

Я чувствовал себя немного неловко. я же потревожил такого замечательного и ответственного врача. Ну ладно, не чувствовал. Я был рад тому, что первые порывы моего гнева вылились на в чем-то наверняка виноватых первых встречных сотрудников больницы и еще более виноватых пациентов. Я знал людей и верил в то, что все люди в чем-нибудь виноваты, так что я стал просто их наказанием, посланным свыше. Это помогало мне справляться с возможным чувством вины, которое посещало меня регулярно, раза два в пятилетку. Но вот к пожилой пациентке грубоватого объекта моих поисков у меня проснулось какое-то подозрительное и абсолютно незнакомое чувство. Откуда мне было знать, что это сочувствие. Я ногой закрыл за собой дверь, игнорируя возмущенные вздохи и стоны из коридора. Ну или не возмущенные, кто поймет этих больных. Вообще, стажировка в Мунго, годы работы в министерстве и годы в моем маленьком хобби научили меня игнорировать стоны, крики и весь остальной звуковой шлак, который исходит от людей, которым плохо. Тоже мне, нашлись любители и приверженцы драмы. Вот у меня были действительно серьезные проблемы, вот кто имел право стонать, кричать и жаловаться. Чем я и собирался заняться, пока моим планам не помешала эта очаровательная пожилая леди.
- Миссис Фоули, я впервые Вас вижу, но уже очарован и был бы даже готов отказаться от поисков своей будущей супруги, если бы Ваш, так скажем, врач, не был бы таким подлым типом и жутким собственником и не раскрыл бы мне с первых слов тайну Вашего семейного положения. Не смею претендовать на Ваше сердце, которое, очевидно, навеки занято мистером Фоули, - как ни странно, эти слова звучали абсолютно искренне, не смотря на всю комичность ситуации и на всю абсурдность сказанных мною слов. Возможно, во мне внезапно проснулись сочувствие и уважение, которые сплелись в экстазе и породили практически правдивое признание.
Правда, этот плод нездоровой любви абсолютно не распространялся на придурка-без-мантии.  К нему я не испытывал ни сочувствия, ни уважения ни даже симпатии. Возможно, подобное отношение было обусловлено тем, что я никогда не оказывался в Мунго в качестве пациента. Да и, Мерлин упаси, я не планировал подставляться под такие заклятия, которые могли бы меня подвести под Элджернона. В общем, только пренебрежение, раздражение и требование выполнить-таки мое требование. Да, в эту самую минуту. Подать мне Фортескью и убрать от нее свои зараженные безумие лапы! Ладно, так я бы не сказал, наверное, никогда. По крайней мере, в трезвом состоянии. По крайней мере, потому что меня бы быстренько увели лечиться в соседнюю палату. А я был самым нормальным человеком в этом месте. Вряд ли мне кто-нибудь поверил бы.
Вообще, я был настолько взвинчен и взбешен, когда летел сюда, что даже не успел спланировать свою речь. Да, я хотел поговорить с Фортескью. Но о чем? О том, что она с кем-то гуляет? Идиотизм. О том, что я соскучился по ее яблочка… по яблочной шарлотке соскучился. И что? А что мне сказать этому? Ладно, пришлось взять себя в руки.
- С Вашего разрешения. - не нужно мне оно нафиг, - я останусь здесь, мистер Элджернон, - ну и имечко, интересно, а второе у него тоже какое-то дурное,- мне необходимо встретиться с мисс Фортескью. Это неотложное дело. Насколько я понимаю, сегодня у вас обычный приемный день и вы спокойно можете поднапрячься и отпустить Фортескью на обед пораньше.
Высокое положение и масса привилегий, возможно, немножечко укрепили на моей прекрасной голове не менее прекрасную корону. Но, по сути. я действительно имел право выдернуть любого сотрудника из какого-нибудь подвластного министерству заведения и завалить его бумажной работой. На час, два или даже три. И пусть кто попробовал бы оспорить это мое право. И не важно, что сейчас я собирался оторвать Фортескью от работы по личным делам. Я. Имел. Право. А этот безхалатный тип не мог мне возражать. Наверное. Ну и да, отсутствие на нем халата тоже довольно-таки конкретно меня бесило, я всегда был поборником опрятного внешнего вида.
Я обернулся на короткий стук и замер.
- Элджи, я взяла тебе кофе, чтобы ты ненароком никого не убил…
Я на мгновение потерял самообладание и сдвинул брови. Почему-то мне кофе приносил исключительно секретарь. А вот мои сотрудницы никогда не стремились ублажить меня и влить в меня очередную дозу кофеина. Кажется, произошла некоторая перестановка. И как теперь этим двоим объяснить, что Фортескью может остаться здесь, а я решу побеседовать с этим мужиком минут пять? Что-то мне подсказывало, что даже если я пообещаю его вернуть через пять минут в отделение, меня все равно раскусят.
- Мисс Фортескью, я вижу, вы буквально понимаете фразу о том, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Что же, благодарю, - я сделал решительный шаг навстречу Рэйлин, улыбаясь ей и одновременно обдав ее абсолютно холодным взглядом, и забрал из ее рук стакан кофе, который, судя по всему, предназначался начальнику, - но мистер Элджернон больше не может пить кофе с Вами. Я очень рад, что увидел вас здесь обоих, - очевидно, Остапа понесло, я врал, довольно гладко врал, если учитывать нетипичность ситуации, и не мог остановиться, - в Министерство Магии поступила жалоба от пациентов на неподобающие отношения между мистером Элджерноном О’Двайером и его коллегами.
Ладно, в этой части я не соврал, я и правда видел парочку таких жалоб в документах из других отделов министерства, иногда очень полезно обедать с коллегами и слушать рабочие байки. Причем, как я смутно припоминал, такие жалобы строчили не только пациенты, но и даже стажеры (как правило бывшие) этого странного доктора. Правда до верхов эти жалобы, как правило, не доходили. В магическом обществе ценили хороших сотрудников. Но использовать эту информацию в своих целях? Люблю, умею, практикую.
- Я предполагал, что эти самые неподобающие отношения имеют иной характер, но теперь я вижу, о чем именно писали в жалобах.
Логичнее было бы, конечно, сказать, что эти жалобы касались в том числе и Рэйлин, но как бы я сейчас на нее не сердился, я не мог ее обидеть или задеть подобной ложью. Так что моя ложь потекла немного в ином ключе.
- Мисс Фортескью является наследницей известной фамилии. И никто не смеет порочить ее честь. Я здесь по поручению ее отца. Сначала я хотел поговорить с Вами по отдельности, но теперь вижу, дело не терпит отлагательств. Думаю, будет целесообразно на сегодня отстранить мисс Фортескью от работы и в дальнейшем запретить Вам работать вдвоем. Будьте добры, Элджернон, возьмите себе в помощники какого-нибудь мальчика и не смущайте воспитанных британцев.
Я говорил это с тем же выражением лица, с которым объявлял людям о том, что их ненаглядный нюхлер должен перевозиться в специальной клетке. Подобное отношение должно было немного смутить и напугать моих собеседников, но это было бы мне лишь на пользу.

+3

6

Надо признаться, да, во время своего хамского появления незнакомец меня несколько взбесил. Но правду говорят, первое впечатление обманчиво. Его лицо при виде Фортескью и последующий наезд были так великолепны, что, клянусь, с каждым словом вместе с ползущими вверх бровями возрастала и степень моего веселья. Где-то на четвертом «Элджерноне» она достигла уровня восторженной эйфории.
Огого! - прогиенила наблюдательность. Какое редкое невротическое мудило вляпалось в нашу Индиану!
Охохонюшки, прицокнула языком издевательская озабоченность. А мужик-то конченый. Вон как длину министерской ксивы демонстрирует - хорошо бы там только с комплексом контроля проблемы, а не с чем-нибудь еще.
А-а-а, проскулила ирландская натура. Порочить честь!..
На этом месте я не смог больше внимать этому шедевру устрашающего мастерства с хладнокровием, и от души расхохотался вслух. Нет, серьезно?
В общем-то, конечно, реальность была таким паскудным местом, в котором вся эта херня действительно могла быть серьезной. И если этот обостренец правда был министерской шишкой (а судя по красивым манжетам, он вполне мог ей быть), то застрявшая у него под хвостом вожжа, не вытащенная хирургическим путем, а вогнанная еще глубже, была способна нажить мне в верхах еще одного врага, который на протяжение следующих двадцати лет будет лезть во все комиссии, где сможет испортить что-то мне или моим пациентам.
То есть, связываться с паскудой могло быть попросту опасно.
Ура! - возликовало чувство протеста. Оно же – собственная абсолютная правота, не прогибающаяся ни перед какими жизненными обстоятельствами. Оно же - саморазрушение.
Оно не радовалось так всепобеждающе со времен дискуссий в «Белой Виверне». А поэтому я отсмеялся, посмотрел на защитника чести Рэйлин почти с любовью – и, прежде чем она сама успела что-то вставить, с размаха въехал ему в лицо хуком справа.
Вышло от всего сердца, аж костяшки заболели. Миссис Фоули за спиной слегка взвизгнула, но не сильно испуганно, а так, скорее будто при закрученном финте на квиддичном матче, и следом предусмотрительно колданула себе простенький купол-щит. Вот за что люблю старушку – никогда не утрачивает присутствия духа, еще галету сейчас успеет сжевать за зрелищем… Стакан кофе, который помог бы мне никого не убить, но был перехвачен у Фортескью на подлете, от встряски выплеснулся чудом никого не ошпарившим черным фонтаном и длинной полосой растекся по полу. Через две секунды активировались самоочищающие чары, в наступившей звенящей тишине втянувшие разлитое зыбучим песком.
- Вот тебе Элджернон, - бросил я. Нездоровый азарт в моем голосе вибрировал с упоенной заразительностью. Ну и что, что ты сделаешь? Пойдешь писульки писать, чтобы меня уволили, главного целителя начнешь звать, или как мужики разберемся, раз уж ты тут за честь дамы пришел вступаться? Никакого гиппогрифа лысого ж тебя мои неподобающие отношения с другими коллегами не интересуют, правда?
Даме – вклинившейся между нами и задержавшей развитие событий Фортескью, - вероятно, следовало посочувствовать больше всего – она-то, судя по выражению лица, и не подозревала о таких страстях вокруг своего фамильного имени. И первый ее взгляд, еще при входе в палату, был достаточно искренне обескуражен, чтобы понять, что это не ролевые игры, призванные разнообразить их с обостренцем сексуальную жизнь. Не было там никакой сексуальной жизни, иначе с чего бы ей торчать со мной на работе до двух ночи?
- Кстати просвети-ка меня, Индиана, - вспомнил поинтересоваться я, глядя поверх ее плеча в глаза министерскому, - а ты сама-то чувствуешь себя опороченной? Может быть, раз такое дело, нам стоит пожениться и не эпатировать людей? Ты меня знаешь, за мной не заржавеет, у меня и кольцо есть.

+2

7

На какое-то мгновение мое сердце замерло, сделало грациозное (или не очень) сальто и взлетело куда-то вверх. Потому что - он был здесь. Был здесь и, может, даже искал со мной встречи, может, я была ему нужна. Такая глупая надежда, что лед сейчас тронется и поплывет. Куда-нибудь вперед.
Но губозакатывательная машинка была выдана сразу же - в виде странной улыбки и отсутствия приветствия. А взгляд отличался даже от обычного спокойного...за те месяцы, что мы общались, я научилась различать по крайней мере пару оттенков, но ни один из них сейчас не был представлен на этом прекрасном лице.
Правда, Салазар его побери, лицо не становилось от этого менее прекрасным.
Я даже не заметила, как он забрал у меня из рук кофе, потому что от его слов сердце начало скатываться куда-то в противоположном направлении, а холод начал растекаться по всему телу, сковывая мысли. Я недоуменно переводила взгляд с него на Элджи, которого, судя по всему, начинало просто распирать от смеха, но он еще стойко держался. 
Никакой ясности в ситуацию это не привносило, а жаль, очень жаль.
Мое недоумение возрастало с каждой новой фразой, и если сначала я просто нихрена не понимала, то при упоминании жалоб на Элджи я одарила господина Пиритса шумным “пффф”, что означало “да катились бы эти жалобы подальше, как они это делали обычно”. Потому что - да, они были, но никогда не приводили к каким-то последствиям. Ну в самом деле, кто в здравом уме уволит Элджи? Ладно, хорошо, в совсем здравом уме, может, и могли уволить, но таких людей среди колдомедиков уже не найти.
И вообще. С какого перепугу господин Пиритс решил этим заняться? Вторгся на мою территорию! Наезжает на моего коллегу! Да это вообще не в его компетенции!
- Я предполагал, что эти самые неподобающие отношения имеют иной характер, но теперь я вижу, о чем именно писали в жалобах.
Что?!
Желание влепить пощечину номер раз. Сдержано с трудом и только ради того, чтобы послушать бред дальше.
- Мисс Фортескью является наследницей известной фамилии. И никто не смеет порочить ее честь. Я здесь по поручению ее отца.
Это было просто последней каплей. Как бы нелепо не выглядело появление господина Пиритса в Мунго по собственной инициативе, ввязывание в это отца было еще более несуразно.
И что это был за бред про опороченную честь?
Теперь во мне закипало возмущение, и я надеялась, что он прочувствовал этот огонь на своём ледяном лице. Как будто я была ребёнком! Как будто за мной нужен был контроль!
С кем я хочу, с тем и порочу свою честь. Хотя даже сама фраза звучала настолько странно, что провоцировала отдельное раздражение.
Желание влепить пощечину номер два. Сразу и за то, как он практически меня отверг, и за всё сегодняшнее.
Мерлин, а я ведь ещё подумала, что он правда может искать меня и хотеть всё исправить! И откуда столько наивности...
Громкий смех Элджи отвлек меня и слегка привёл в чувство. Вот ему было смешно, а я еще не дошла до этой стадии.
Ладно, сейчас я просто скажу ему всё, что думаю об этом. Прямо здесь. Прямо сейчас.
Хруп!
Брызги кофе, кулак Элджи в полете, теряющий равновесие Дориан и хватающийся за лицо.
- Элджи! - моё осуждение касалось отнюдь не хука с правой, а того, что это происходило прямо в палате. Благо дверь была закрыта, а пациентка была с крепкими нервами,но я не удостоила её даже взглядом - колдомедик высшего уровня.
Мигом оказавшись между этими двоими, я даже не знала, кого из них я хотела защитить. Наверное, обоих, потому что...что-то мне подсказывало, что Дориан может ответить так, что Элджи совсем не поздоровится.
- Не Вам, сэр, решать, с кем мне работать и с кем порочить честь, - я специально выделила последние слова, как бы цитируя его самого. С лёгкой издевкой.
Я закрывала собой Элджи и пыталась переключить внимание Пиритса на себя. Но первый снова подал голос, как будто снова провоцируя незваного гостя.
- Тебе согласие сейчас дать или подождём более интимной обстановки вечером? - лишь слегка повернув голову в его сторону и опасаясь терять из виду Дориана даже на секунду. Кажется,моя фраза была лишней и отнюдь не способствовала успокоению всех присутствующих, но я ничего не смогла с собой поделать - она вырвалась, прежде чем я успела её обдумать.

+2

8

Я чувствовал себя королем ситуации. Да что там королем? Настоящим рыцарем! Моя женщина была теперь тут, она могла видеть мой триумф над этим придурком, мой словесный триумф. А уважаемая мисс Фоули вполне могла выступить в качестве моей "дамы сердца". Как истинный бюрократ я прекрасно знал, что дамы сердца выбирались не по принципу влечения, а по принципу тотального и скучного платонического уважения к избраннице, так что в данной ситуацией Фортескью, которую я, как оказалась, страстно желал отведать отнюдь не в платоническом смысле, на роль дамы сердца подходила чуть меньше, чем очаровательная Фоули. Я бросил взгляд на Рэйлин, и в моей не самой светлой, но крайне благородной душе, бардовским костром затеплилось чувство гордости. Я видел ее пламенный взгляд, буквально всем нутром ощущал ЕЕ восторг. Сне стоило огромного труда оторваться от манящего лица, и вновь обратить свой победный взор на пресловутого и крайне неприятного Элдженрнона. Как раз вовремя, чтобы заметить, что этот придурок, почему-то наделенный полномочиями врача, почему-то практически все это время отвратительно хохотал. Более того - этого я ожидать не мог, он решил применить силу.
Я сделал несколько шагов назад, чуть покачнулся, выпустил из рук стаканчик с кофе, который умудрился сделать в воздухе несколько пируэтов, а лишь затем помер, разлившись по полу грязной лужей, и схватился за нос. Я ошарашенно, со скоростью, которой мог бы позавидовать ленивец, посмотрел на свою белую перчатку, на которой вновь появились следы крови, на этот раз - моей, и поднял не менее удивленный взгляд на врача-придурка.
- Вот тебе Элджернон,
- Элджи!

Сложно сказать, кто сказал раньше, вообще, оба возгласа слились воедино, а я лишь пытался понять - что это могло означать? Рэйлин волнуется за меня? Или за что-то еще? Этой пустой фразой придурок врач пытается обосновать свое поведение? Все это выглядело как-то странно, требовало объяснений. Но сначала, и я это понимал, мне было необходимо сдержать себя. Целитель Элджернон явно не понимал, с кем он связался, и чем ему НА САМОМ деле грозит подобный поступок. На одно мгновенье в моем взгляде мелькнул маньячный огонек, но он, судя по всему, потонул в общей суете. По крайне мере, Фортескью заняла оборонительную позицию между нами - я попытался поверить в то, что она попыталась защитить меня от этого психа, правда, теперь она попыталась обратиться ко мне, и ее тон мне не понравился. Я хотел-было ответить, но стоило мне открыть рот, как я почувствовал на кончике языка ржавый привкус крови и невольно поморщился, теперь этот кровавый вкус заставлял горло саднить. А пока я пытался справиться с собственным отвращением, этот самый псих решил, что ему стоит продолжить разговор. Он говорил и смотрел мне прямо в глаза, я прекрасно понимал, что сейчас меня пытаются спровоцировать - не зря же он смотрел на меня, пока обращался к МОЕЙ Фортескью, так что я лишь ухмыльнулся, кажется, я уже умудрился избавиться от брезгливости, по крайне мере, кровь, текущую из носа, я довольно проворно и довольно хищно умудрялся слизывать, а боли я уже не чувствовал. Вообще, эти заявления казались мне забавными. И чем больше я осознавал собственную РЕАЛЬНУЮ власть над эти Элджерноном, тем веселее мне становилось. Конечно, судя по сложившейся ситуации, этот странный человек не боялся ни суда, ни министерских кляуз, но та власть, которая была у меня... Как человек без совести, без страха и с талантом к убийствам, я вполне мог расправиться с ним здесь же. Или же удалиться сейчас, а лишь затем подкараулить его в темном переулке и сбить с него всю спесь... Но даже не смотря на все это ликование... Что-то внутри мне робко подсказывало - узнай этот чокнутый, что перед ним стоит не кто-то, а настоящий Пожиратель Смерти, он наверняка вел себя так же, если не более дерзко.
Правда еще одно событие помешало мне осознать это и насладиться бесстрашием храброго придурка.
- Тебе согласие сейчас дать или подождём более интимной обстановки вечером?
Вот это она сказала зря. Мой внутренний монстр, очень, кстати, ревнивый, теперь сорвался с цепи. Я практически взревел от обиды и гнева. Гораздо проще было обвинять человека в том, в чем я его лишь подозревал. И гораздо сложнее было становиться свидетелем их предбрачного воркования. Я сделал несколько широких и отчаянных шагов вперед, кажется, по пути я умудрился обойти Фортескью, а, может, я ее и грубо оттолкнул - почему еще она могла оказаться на полу? Прилегла отдыхать? Впрочем, сейчас это было не важно, я не отдавал себе отчета. Более того, мое холеное тело, которое привыкло вручную справляться лишь с проститутками - остальных негодяев я убивал с помощью заклинаний, теперь оказалось в опасной близости от Элджернона. Я схватил его за края одежды, с силой притянул к себе и почему-то прорычал нечто абсолютно несуразное.
- Вообще-то, это был МОЙ кофе! Я Вам стоило бы сначала спросить разрешения, а лишь потом позволять себе его разлить!
Кажется, пока я это говорил, я умудрился довольно сильно толкнуть прочь от себя этого ненормального, более того, я еще успел накинуться на него вновь и начать его избивать, состояние шока позволяло притупить чувства. Я пока не понимал, что нос сломан и очень болит после удара, более того, а пока не обращал особенное внимание на ответные удары. Более того, в какой-то момент (кажется, после начала драки прошло минут десять, а возможно, и всего секунды две?), обнаружил себя сидящим на этом самом Элджерноне и исступленно повторяющим что-то про кофе и Фортескью.
- И вообще! Мне плевать на то, что было между нами! НО! Я не позволю ей стать Вашей женой!
Безусловно, в подобной дипломатической ситуации было сложно доказывать, что я явился сюда по просьбе отца Рэйлин (все-таки, я позволил ей оказаться на полу, а ее отец вряд ли бы это оценил), или угрожать министерством (если подумать, Элджернону впору было писать заявление на меня, но кого интересует его мнение!), так что я просто справлялся теми методами, которые были мне близки и знакомы.
- И вообще, - где-то между ударами прохрипел я, - ее имя Рэйлин. Или ты не удосужился поинтересоваться, прежде чем затащил ее на свои грязные простыни?!
На последних словах я ухмыльнулся и плюнул собравшейся во рту кровью в лицо обидчика. Кажется, вся сцена длилась не больше десяти секунд. Или прошло уже полчаса?

+2


Вы здесь » Marauders: Lion and Harp » Рокировка » My Drama Queen


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC